С шекспировскими страстями не пошутишь

С шекспировскими страстями не пошутишь

В кругу почитателей и постановщиков Вильяма нашего Шекспира произносить название «Макбет» считается не к добру. Театралы из уст в уста передают байки о том, какие неудачи постигли замахнувшихся на кровавую трагедию о королевских разборках в Шотландии XI века. Киношников, похоже, дурные приметы заботят меньше.


Новая экранизация шекспировской пьесы про убийцу на троне, сделанная на полном серьезе, в аутентичных костюмах и декорациях,  - весьма логично вписалась в конкурс последнего Каннского фестиваля, где подавляющее большинство лент было посвящено теме смерти. «Макбета» снял австралийский режиссер Джастин Курцел, заглавную роль сыграл Майкл Фассбендер. Фильм получился брутальным, жестким, мужским, и образ леди Макбет (Марион Котийяр) в картине остается на периферии.



Ее непосредственное участие в событиях, по сути, ограничивается лишь эпизодом, где жена подбивает мужа на убийство короля и узурпацию власти. Затем даме остается лишь раскрывать пошире глаза от ужаса и удивления, поражаясь жестокости  царственного супруга, разошедшегося не на шутку. У королевы руки хоть и в крови, но не в пример традиционной трактовке выписана она куда более человечной и страдающей. Режиссер ее будто жалеет, как и ведьм-пророчиц, являющихся на поле боя (ведьмы, напомню, как раз и предсказали Макбету, что он будет королем, после чего тот с женой и решил поскорее убрать предыдущего монарха). В фильме едва ли не все женщины – по большей части безмолвные свидетельницы "мужских" забав, - войн и битв.


Майкл Фассбендер признался, что рассматривал своего персонажа не просто как убийцу короля и детей своего врага, но как солдата с надломом. «Мы сегодня знаем, с какими душевными травмами и синдромами возвращаются люди из Ирака, Афганистана, и я подумал, что мой герой, или антигерой, кто как считает, - также пережил много потерь», - заметил актер. – «У него, солдата, не было времени на скорбь, к тому же им двигали амбиции, и все это привело его к душевному расстройству». По словам Фассбендера, интерпретировать шекспировский текст можно по-разному, но переделывать нельзя, из уважения к гению. Можно привнести свое видение произведения, что, как полагают создатели, им и удалось.

Критики оценили, по крайней мере, зрелищную сторону экранизации. Ну, и Шекспир, когда речь заходит о мраке войн, внутреннем опустошении и целях, вряд ли оправдывающих средства достижения, - остается непревзойденным сценаристом.